Шестерик
ШЕСТЕРИК
Лафет, бревенчатый сруб, пятистенок, шестерик, повалуша, городня –
Естественным желанием каждого человека иметь свое уютное гнездышко сегодня уже никого не удивить. Тенденция увеличения спроса на частные дома, как говорится, на лицо. Строительные компании предлагают множество вариантов домов различных строений и конструкций, как на манер стандартных загородных коттеджей, так и на европейские аналоги элитного жилья.
Не смотря на растущую популярность такого рода недвижимости в нашей стране, многие все еще не имеют представления о характеристиках этих нововведений.
Вашему вниманию предлагается краткий экскурс в необъятный мир мастеров своего дела, в проектирование деревянных домов.
При выборе проектирования деревянных домов, минимум информации, которую необходимо знать - это виды срубов, занимающие высокие позиции на сегодняшний день и пользующиеся спросом среди населения:
Городня — бревенчатый сруб, заполненный камнем или землей
Повалуша — большой, башнеобразный сруб под отдельной крышей в хоромах и больших жилых деревянных домах
Шестерик — шестиугольный в плане бревенчатый сруб
Пятистенок — конструкция сруба с перерубом (внутренней бревенчатой или брусовой стеной или перегородкой, выполненной одновременно с основным срубом, врубленной с остатком)
Лафет — бревно, опиленное и простроганное с двух противоположных сторон, что делает из него идеальное сочетание передовых качеств бруса и бревна
Бревенчатый сруб — дом из бревен, предпочтительно хвойных пород, при возведении нижнего ряда (венца) из дубовых бревен
Отличное решение для производителей стройматериалов и компаний перевозчиков: гофрокартонная и картонная упаковка как для стройматериалов, так и для мебели и строительного оборудования, готовые коробки для переезда.
***Старая изба
Все избы до середины XIX столетия строились без единого гвоздя. Гвозди были не нужны. Брёвна, составлявшие в плане прямоугольник, «венцы», плотно соединялись между собой по углам посредством выемок, один венец накладывался на другой, и тяжестью скреплялось всё сооружение, а своеобразная конструкция старых изб делала связь между брёвнами ещё прочнее. Дело в том, что в старых избах (XVIII век) передний и задний фасады складывались сплошь из брёвен — от самой земли и до конька кровли (конёк — соединение вверху двух скатов кровли, покрывавшееся выдолбленным бревном, а позднее двумя сшитыми вдоль тесинами). Через каждые два бревна протягивались от переднего к заднему фасаду толстые «слеги», поддерживавшие кровлю. Концы этих слег с переднего и заднего фасадов далеко выступали вперёд, образуя «вынос» крыши. Этот вынос делался таким большим, чтобы предохранить бревенчатый фасад от воздействия осадков.
Постепенно сужавшиеся к коньку брёвна «чела» (фронтона) назывались «самцами», и потому такой способ покрытия именовался «на самцах».
Поддерживали свесы кровли также выступавшие вперёд обычно три верхних боковых венца избы. Эти брёвна звались «повальными».
Изба конца XVIII века. Чкаловский район Нижегородской области
На фотографии это хорошо видно: концы повальных брёвен стёсывались снизу, и этим сразу создавалась плавная зрительная связь между кровлей и строгой линией идущих вниз торцов брёвен боковых стен. Таким образом, эти выступы брёвен не только поддерживали кровлю, но и были элементом украшения.
А что ещё украшало старые избы? Это опять-таки хорошо видно на фотографии.
Брёвна венцов идут вверх, постепенно утолщаясь. Это нужно было для того, чтобы прочнее держался весь сруб, прижимавшийся к земле тяжестью толстых верхних венцов. Но ведь этим же создавался и эффект монументальности, впечатление особой прочности, и это влекло взор к кровле. Правда, нависшие выносы кровли создавали некоторую суровость, затеняя «чело».
Необычен вид окон: четыре подслеповатых «волоковых» окна и два «красных», одетых в наличники, причём наличник летней избы, в особенности своим верхом («очельем»), напоминал наличники церквей первой половины XVIII века. Нижний наличник по форме типичен для северо-западных районов Нижегородской области.
«Красные» окна, да ещё украшенные наличниками, появились лишь в XVIII столетии, а ранее, как можно судить по старинным гравюрам и изображениям на иконах, не только на деревенских, но и на городских домах все окна были «волоковыми».
Такая изба своеобразно красива! Несколько суров её вид: затемняет чело большой вынос кровли, но как хороша ритмика вздымающихся вверх брёвен сруба и как внимательно смотрят на улицу её окна.
Состоятельные хозяева зашивали торцы слег, выступавших из-под кровли, тесинами. Короткими, свисающими вниз досками зашивали и торцы повальных брёвен. Окончания тесин — «причелин», идущих по слегам, и «полотенец», закрывавших повальные брёвна, украшали изящной резьбой низкого рельефа и часто ажурной.
И это было всё, чем украшался фасад избы, и всё это было скромно, сдержанно и красиво.
Но вот что самое замечательное: все украшения на старой избе имели не только декоративное назначение. Все они имели и практическое назначение.
Действительно, доски «полотенец» и «причелин», налегая на торцы, предохраняли их от излишней влаги, наличники окон прикрывали щели между основой окна, косяком, и брёвнами сруба. Зашивались досками и торцы сруба, и на этих досках в дальнейшем появилась резьба.
Конечно, вместо наличников можно было закрыть щели у окон простыми досками, что часто и делалось. Можно было не украшать резьбой концы «причелин» и «полотенец». Но проявилось стремление человека к красоте, и это в создавало всю декорацию, весь необычайно эффектный резной убор изб, ту резьбу, которая свидетельствует о декоративном таланте русского человека.
Развился этот резной убор особенно вольготно благодаря смене покрытия «на самцах» покрытием на стропилах.
Почему уже в конце первой половины XIX века произошла эта смена? Одной и, пожалуй, самой главной из причин явилась всё более и более возраставшая нужда деревни в лесе — ведь для старой формы покрытия леса требовалось много.
Всеобщее распространение продольной пилы тоже имело немаловажное значение. Появилась возможность сравнительно легко получать необходимой толщины тёс. Раньше толстое бревно раскалывали клиньями всего на три-четыре пластины, а затем их утончали теслом.
Трудно даже представить, сколько по всей России было отходов при таком способе получения тёса!
Когда кровля легла на стропила, тёс заменил прежние самцы на фронтоне. Уже это было большой экономией леса, но вместе с тем несколько удорожало сооружение избы, так как потребовались гвозди, чтобы пришить тес, это задерживало переход на стропильное покрытие.
Вот как интересно пишет по этому поводу один из авторов «Нижегородского сборника» (т.2, с.235) И.Лебединский в 1869 году: «Вид крестьянских домов с крутыми и высокими кровлями, основанными на самцах… довольно не привлекателен, но крестьяне следуют такому устройству кровель не только по обычаю, но находят его и выгоднее, потому что при этом у них нет расхода на гвозди для прибивки тёса, да и дождевая вода с крутых кровель стекает удобнее, от чего они скорее проветриваются и гораздо медленнее портятся и сгнивают, чем кровли пологие, утверждённые на стропилах. В последнее, впрочем, время многие из крестьян стали строить кровли домов своих положе, рассчитывая, что для такой постройки потребно гораздо меньше лесу, который они ныне приобретают покупкою».
Не одни технические и экономические причины заставили перейти на новую форму покрытия. Сыграло роль и желание капитализировавшейся верхушки деревни подражать архитектуре города, архитектуре помещичьих усадеб, проявилось желание продемонстрировать свою мощь и власть сооружением хором, богато украшенных, бросающихся в глаза. За богатеями потянулись и другие слои населения, и особенно в приволжских и приокских районах, сильных экономически, где и зародилась резьба нижегородского типа.
Резной убор изб развивался постепенно, всё более усложняясь, всё более теряя прежнее практическое значение и переходя в чистую декорацию. Постепенно и логично сложилась система резного убора изб, в котором был смело применён эффектный рельеф.
На избах, где начали делать кровлю на стропилах, линию соприкосновения тёса фронтона с верхним венцом избы в большинстве случаев стали закрывать тесиной. В этом была и практическая необходимость, в этом было и стремление зрительно яснее соединить играющую округлостями бревенчатую стену фасада с плоским фронтоном и тем самым создать постепенность перехода.
Совершенно естественно, что эту доску, эту как бы ленту на «челе» стремились украсить. Совершенно гладкой она выглядела и ненужной, и слишком простой. Первоначальное украшение состояло в ритмических вырезках на нижней её части, в так называемом «городчатом» орнаменте, известном издавна и по стилю не противоречившим орнаментам, украшавшим причелины и полотенца.
Но уже в 20-х годах XIX столетия этот городчатый орнамент заменяется рельефной резьбой в виде растительной ветви с отходящими от неё в обе стороны завитками.
Узкая в начале доска делается постепенно широкой. Орнамент, сохраняя свою основу, постепенно усложняется, меняется положение доски, получившей название «лобовой», она ставится под некоторым уклоном, как бы для лучшего обозрения, и прикрывается сверху узкой крышей. Затем система развивается в сторону увеличения количества резных досок (две, три, четыре), резьба перебирается на чело и начинает украшать доски, придерживающие тёс фронтона, образующие треугольник. Теперь резьба заполняет постепенно усложняющийся по форме наличник светёлки, нижние доски возникшего карниза, доски, закрывающие со стороны чела свесы крыши.
К 70-80-м годам декоративные тенденции властно берут верх над практической необходимостью. Так, если доска, закрывавшая торцы брёвен сруба, по-прежнему имела охранительное назначение, то, конечно, удвоение и даже утроение досок на челе избы, многоступенчатость досок на фронтоне и т.д. были вызваны лишь желанием придать избе нарядный, радостный вид.
Балахнинский район Нижегородской области
Резные доски тянулись обычно и по боковым стенам, а чело украшал трёхчастный наличник светёлки с глубокой нишей. Этот наличник был любимым местом пребывания легендарных существ: берегинь, Сиринов, львов, «местничества» не соблюдавших и располагавшихся по прихоти резчика. Их затейливые фигуры были и на лобовых досках и на наличниках красных окон.
Подлинное «царство» резьбы к 80-м годам «обосновалось» на фронтонах. Здесь помимо наличника светёлки резные доски по краям фронтона сначала умножились количественно, а затем начали строиться ступенями, образуя подобие известного в каменной архитектуре перспективного портала. Несмотря на это, верх избы не казался перегруженным, ибо к нему от земли вели линии досок, прикрывавших торцы срубов, которые образовали нечто вроде пилястров. Эти пилястры также покрывались резьбой, и весь декоративный убор нарастал, таким образом, постепенно.
Скромно или богато украшены были избы, но в том и в другом случае у создателей резного убора не терялось чувство меры.
Из книги Михаила ЗВАНЦЕВА "Нижегородские мастера", 1978 год.
***Сруб — стены рублёного деревянного сооружения, собранные из обработанных брёвен. Брёвна укладываются одно на другое («в клеть»), а в углах соединяются «в обло», «в лапу» и другими соединениями. Один ряд сруба называется венцом. Срубами в России были избы, бани, прясла и башни деревянных кремлей и прочие сооружения деревянного зодчества.
Виды срубов
Городня — бревенчатый сруб, заполненный камнем.
Повалуша — большой, башнеобразный сруб под отдельной крышей в хоромах и больших жилых деревянных домах.
Шестерик — шестиугольный в плане бревенчатый сруб.
Пятистенок — конструкция сруба с перерубом (внутренней бревенчатой или брусовой стеной или перегородкой, выполненной одновременно с основным срубом, врублённой с остатком).